Цветное фото Есенина

[perpetum]

Кстати о кровати!!!

Она же, действительно, должна быть! Согласно своим показаниям Устинова зашла в номер и ринулась искать Есенина "в кровати". "В кровати не нашла" читаем ее строки и только после этого увидела страшную картину. Значит, кровать должна стоять так, чтоб смотря на нее не бросался в глаза правый угол...

Если это вообще возможно...

[Данита]

Кстати о кровати!!!

Она же, действительно, должна быть! Согласно своим показаниям Устинова зашла в номер и ринулась искать Есенина "в кровати". "В кровати не нашла" читаем ее строки и только после этого увидела страшную картину. Значит, кровать должна стоять так, чтоб смотря на нее не бросался в глаза правый угол...

Если это вообще возможно...

Кровать есть! У Паршикова в фильме есть фотка как раз вход в номер заснят - так вот, на рис. Марго (спасибо тебе, Маргош!!!) дверь надо чуток правее сместить и как раз у стены слева от двери будет кровать стоять!!! На левосторонней фотке, где камин - видимо угол кровати показ!!!

[Данита]

Это вообще мыслимо??? Метраж номера мы можем где-то найти?.. Пять столов в однокомнатном номере - это бред.

из Кузнецова:


Особняк тот находился в самом центре Ленинграда и глядел окнами на Исаакиевский собор. Назывался он «Англетер», так как до 1924 года в нем располагалась консульская английская миссия. Когда отношения большевистской власти с правительством Великобритании накалились чрезвычайно, «Англетер», по моде тех лет, переименовали в «Интернационал» (в октябре 1925 г. прежнее название вернулось).

В гостинице проживали заметные партийно-советские чины, красные командиры различных рангов, деятели культуры и прочие видные товарищи. Преобладали тайные и явные сотрудники ОГПУ. Не случайно многие сведений о себе, кроме фамилии, имени и отчества, не давали. Как мы ниже увидим, дом этот был строго режимным объектом. Посторонние люди сюда не допускались — слишком уж казенно-ответственный адрес (проспект Майорова, бывший Вознесенский, д. № 10/24): неподалеку Ленсовет, буквально рядом — «Астория», где обитали именитые «пламенные революционеры», различные номенклатурные лица районного, городского и губернского масштабов.

Еще два-три года назад об «Англетере», его квартирантах и работниках мы почти ничего не знали. Между тем и в год 100-летия со дня рождения Сергея Есенина (1995), и в пору 70-летия его кончины в городе (уже Санкт-Петербурге) доживали свой век вдова коменданта гостиницы и милиционер, тогдашний — по службе — свидетель «дела Есенина» (о них мы расскажем). Впрочем, жило немало и других, кто мог бы помочь прояснить действительные обстоятельства разыгравшейся трагедии. Несколько лет назад еще здравствовала бывшая уборщица-горничная 5-го номера «Англетера» (и ее мы представим), как говорят успевшая перед своей кончиной поведать своей знакомой о страшной картине, которую она наблюдала 27 декабря 1925 года, в поздний воскресный час. Так долго все они молчали, разумеется, не случайно.

«Англетер» сравнительно легко «открыл бы двери», если бы нам позволили заглянуть в соответствующие бумаги экономического отдела (ЭКО, начальник Рапопорт) Ленинградского ГПУ. Этот отдел контролировал работу гостиниц, в том числе и «Англетера». На наш запрос петербургские архивисты Федеральной службы безопасности (ФСБ) дали официальный ответ: по недостаточно выясненным причинам материалы ЭКО (1925-1926) утрачены. Потеря (?) для исследователей «тайны Есенина» огромная, ведь к товарищу Рапопорту и его сослуживцам стекались многие англетеровские «входящие»: рапорты и отчеты управляющего, рабочие журналы регистрации постояльцев, досье на сотрудников гостиницы — да мало ли что там таилось. Очень хочется надеяться — произошло какое-то недоразумение и архив ЭКО Ленинградского ГПУ все-таки отыщется.

Так что же — «захлопнулись двери» таинственного отеля? После долгих и трудных поисков автору этих строк все-таки удалось «проникнуть» в таинственный и проклятый дом. Сюда привел утомительный обходной путь, который подсказала эпоха советского нэпа. Возможно, подумали мы, сохранились контрольно-финансовые списки (форма №1) квартирантов «Англетера». Инспекторы составляли такие ревизорские отчеты дважды в так называемом бюджетном году (в октябре и в апреле). Большевистская власть бдительно присматривала за доходами советских граждан и своевременной уплатой ими налогов.

Сохранилась инспекционная, драгоценная для нашей темы бухгалтерия! Драгоценная вдвойне, потому что «кто-то» забыл «отредактировать» интересующие нас документы. Они-то и явились первым ключиком, которым удалось приоткрыть «двери» «Англетера».

...Перед нами толстенные архивные фолианты за 1925-1926 годы. Вот наконец и нужные нам страницы со знакомым адресом: проспект Майорова, 10/24. Оказывается, здесь проживало более 150 человек (количество их колебалось), а порядок и уют в здании поддерживали около 50 работников.

Прелюбопытные бумаги! Вот журнал, подписанный финансовым инспектором 24-го участка Центрального района; датирован 15 октября 1925 года (имеются текущие декабрьские и январские (1926 г.) примечания, то есть в списках жильцов вполне реально можно было встретить имя Есенина). А вот и скорбный 5-й номер! Площадь — 7,17 сажени[ 1 ]. Жил в нем в ту пору, если верить записи, работник кооперации из Москвы Георгий Осипович Крюков. А Есенина нет! Открываем списки «англетеровцев», датированные апрелем 1926 года. Здесь-то уж наверняка он должен появиться. Но почему-то 5-й номер исчез и вообще не указан! 1-й и 4-й есть, а злосчастного 5-го нет; нумерация вокруг «есенинской» комнаты проставлена небрежно или вообще отсутствует. И нет даже намека на имя Есенина. Обращаем внимание: рядом с 5-м номером (первый этаж, всего их было четыре) жили работники гостиницы, люди скромного достатка: сапожник Густав Ильвер[ 2 ], шофер Иван Яковлев, рабочий Андрей Богданов, сторож Дмитрий Тимошин, парикмахер Леонид Кубарев, портной Самуил Серман; поименованы даже супруги Ильзбер, обитающие, как гласит примечание, «в самых бедных условиях и ненормальные». Явно неподходящее место для известного в России и в Европе поэта. Но, повторяем, нет его фамилии в списках жильцов! Вернемся к этой загадке чуть позже, а сейчас проведем «экскурсию» по «Англетеру» — благо сохранилась подробнейшая инвентаризационная опись (166 листов) гостиницы (15 марта 1926 г.).

«Зайдем» в злосчастный 5-й номер, и, хотя со дня печальной истории прошло более двух месяцев, думаем, здесь больших перемен не произошло. Самое интересное: гипотеза о том, что «есенинская» комната была смежной с другим помещением, подтвердилась! В документе зафиксирован №5/6. Оказывается, 5-й номер до 1917 года использовался под аптеку, откуда «таинственная» дверь вела на склад (более 160 кв. м), где хранились лекарства. Имеются и соответствующие пометки: «Пустует со времен революции»; «Под жилье не годится».

Любителей детективных сюжетов огорчим: гэпэушники не нуждались в излишних острых ощущениях (лезет эдакий громила с маузером через шкаф, отгораживающий дверь...), потому что в своей крепости чувствовали себя полными хозяевами. А то, что «Англетер» представлял собой чекистскую цитадель, сомнений нет. Это подтверждает и инвентаризационная опись. Вот как выглядела «дежурка 1-го этажа», проще — вахта ГПУ. В окружении двух больших зеркал (обзор!) рядом с «буфетом под ясень» сидел на мягком стуле «боец невидимого фронта» и попивал чаек (указаны самовар и поднос), вглядываясь в удостоверения проходящих. В «дежурке» имелись «телефон с коммутатором» и «номератор». Декабрь, напомним, был для «ленинградской оппозиции» разгромным: в Москве заканчивался XIV партийный съезд и требовалось держать ухо востро. Случись что — чекист мог нажать кнопку электрического сигнального звонка...

Пользуясь случаем, «пройдемся» по гостинице. В парадной вас встретит чучело горного барана, смотрящегося в трюмо; в вестибюле — чучело медведя с подпорченной молью головой. Здесь диван, кресла, бархатные ковры французской работы; в зеркалах отражается свет люстры... — богато жил победивший пролетариат. Тут же, в вестибюле, будка телефонная с двумя отделениями — в оперативной связи чекисты знали толк.

Рядом контора, украшенная портретом Ленина, — как и положено вождю трудящихся, «в простой багетной раме» (образ Ильича оценивался в два рубля). Мы — во владениях швейцаров. Кто дежурил в ту жуткую декабрьскую ночь, пока выяснить не удалось. Ими могли быть швейцары Петр Карлович Оршман (р. 1863), Ян Андреевич Слауцитайс (р. 1862), Иван Григорьевич Малышев (р. 1896).

Общие биографические данные этих товарищей известны (как, впрочем, и других сотрудников «Англетера»), связь их (по долгу службы) с ГПУ вряд ли подлежит сомнению. Кто-то из них мог быть свидетелем разыгравшегося в ту ночь кошмара. Кстати, примечательная деталь: многие работники гостиницы, начиная с коменданта, после есенинской истории были уволены.

Поднимаемся по устланной ковровой дорожкой лестнице на второй этаж. Удобные плетеные кресла, бархатный ковер, трюмо, вазы, ящики с диковинными растениями — это «Зимний сад». Здесь хозяева и гости обсуждали новости XIV съезда и судачили о толсторожих нэпманах как главной угрозе социализму; в сердцах они могли даже сплевывать в плевательницу (тоже обозначена в описи). Эротоманы могли любоваться красующимся тут же мраморным женским бюстом, вспоминая афористичное выражение «проститутки А. Коллонтай» (определение И. А. Бунина): «Дорогу крылатому Эросу!»

В комнате месткома, согласно пролетарскому мировоззрению, висела картина «Арест Людовика XVI»; в шкафах покоились тома классиков марксизма-ленинизма; желающие могли потренировать зоркость глаза на большом бильярде из красного дерева.

Из любопытства «заглянем» в двухкомнатные апартаменты под номером 2 (в 1925 г. здесь жил инструктор Политуправления Ленинградского военного округа Константин Денисов). Рояль, заморские ковры, зеркала, фарфор, картины (в реестре около шестидесяти вещей, стоимость солидная — 941 рубль). Непременный телефон и роскошная белая ванна. (Помните у Маяковского: «Влажу и думаю: / / «Очень правильная / / эта, //наша, // Советская власть».)

Прервем «экскурсию» и всерьез поговорим о ванне. В 5-м, «есенинском», номере ее не было. Лгут воспоминатели (о них речь впереди), что утром 27 декабря поэт поднял шум из-за подогреваемого без воды котла и побежал (это на второй-то этаж!) чуть ли не с мочалкой в руках жаловаться сердобольным знакомым. В этом не было никакой необходимости: рядом имелся телефон, кроме постового в «дежурке», поблизости торчал коридорный.

«Зайдем» в 5-й номер и сверим его обстановку с перечисленной в описи и с известными снимками Моисея Наппельбаума. Итак: «шкаф зеркальный, английский, орехового дерева, под воск» (да, именно этот шкаф скрывал дверь в соседнее помещение), знакомый по печальной фотографии «стол письменный, с пятью ящиками, под воск» (на него якобы взбирался Есенин, устраивая себе смертельную пирамиду), а вот и «кушетка мягкая, обитая кретоном» (на нее положили бездыханное тело поэта), наконец, «канделябр бронзовый, с шестью рожками, неполными» — перечислено все (38 вещей), вплоть до мыльницы и ночного горшка.

Снимки Наппельбаума явно избирательного характера; на пленку не попали многие предметы, которыми, похоже, спешно декорировался кровавый сюжет. Подальше от любопытных глаз нашли захудалый номер, обставили его на скорую руку, притащили тело злодейски убитого поэта (доказательства будут представлены)...

С нумерацией странная чехарда. Поэт Всеволод Рождественский, понятой, подписавший 28 декабря милицейский протокол, в тот же день отправил приятелю В. В. Луизову в Ростов-на-Дону письмо (оно опубликовано), в котором указал не 5-й, а 41-й номер. В других источниках также приводятся иные порядковые номера. Кто-то комбинировал, путался, спешил.."

=============================

Т. О.

Метраж номера - сноска 1 - 1 сажень имел 4, 55 кв. м
(согласно "Разъяснению" (1925 г) о состоянии коммунального хозяйства Ленгубисполкома.
т. е. № 5 был 32, 62 кв. м по нашему сегодня!!!

[perpetum]

Отлично! 33 кв.м - это очень даже немного. Это явно меньше, чем номер, показываемый в сериале "ЕСЕНИН", и явно недостаточно для того, чтобы стояло хотя бы три стола, а не пять!

Прокушевская комиссия непобрезговала расчитать высоту потолков "по стандартной для того времени высоте стола 70-80 см". Они даже не потрудились сослаться, из каких источников такая высота стала "стандартной по тем временам".

Мы можем проделать следственный эксперимент. В масштабе начертить номер 33 кв.м. т поместить туда все предметы, показанные на фотографиях и в описях Кузнецова в "стандартных размераз того времени", то бишь в разумных пределах на глазок, исходя из размеров современной мебели. И посмотреть, как оно вообще способно вместе стоять.

Таким образом, мы получим готовый план номера и понимание, может ли это все стоять на такой площади.

[Taurus]

Ну не скажите, 33 кв.м это прилично для комнаты, примерно 5 на 6 м. Обстановка вполне могла поместиться.

[Margo]

утром 27 декабря поэт поднял шум из-за подогреваемого без воды котла и побежал (это на второй-то этаж!) чуть ли не с мочалкой в руках жаловаться сердобольным знакомым

Ага, с полотенцем, мылом и чистыми трусами!... Почему тут написано, что №5 находился на 1 этаже и что Есенин побежал к Устинову на второй? Ведь на первом этаже, по фотографиям внешнего вида здания, окна совсем другие, нежели на 2, 3 и 4 этажах! На 1 этаже окна большие, широкие, и по периметру всей стены их довольно-таки немного. А на верхних этажах окна в высоту большие, а в длину - как обычные. В каждом номере по 2 окна точно было.

[/Джеки/]

Я сейчас отвлекусь от темы, за что прошу меня простить.
Просто объясните, вот выше были выложены 2 фотографии номера. Меня интересует та, где изображены два стола и окно. Там еще трюмо стоит, а что в зеркале отражается? Там же должен стояк быть виден? Или я что-то напутала?

[Данита]

утром 27 декабря поэт поднял шум из-за подогреваемого без воды котла и побежал (это на второй-то этаж!) чуть ли не с мочалкой в руках жаловаться сердобольным знакомым

Ага, с полотенцем, мылом и чистыми трусами!... Почему тут написано, что №5 находился на 1 этаже и что Есенин побежал к Устинову на второй? Ведь на первом этаже, по фотографиям внешнего вида здания, окна совсем другие, нежели на 2, 3 и 4 этажах! На 1 этаже окна большие, широкие, и по периметру всей стены их довольно-таки немного. А на верхних этажах окна в высоту большие, а в длину - как обычные. В каждом номере по 2 окна точно было.

Видимо первый этаж имеется в виду ЖИЛОЙ!!!
КАк бы на самом деле первый - что-то типа цокольного имеется в виду, Маргош!!!

[perpetum]

Я тоже самое хотела написать! Согласна, что в цоколе нечто другое помещалось. Интересно что? ГПУ-шная пыточная?..

[praersh]

Я сейчас отвлекусь от темы, за что прошу меня простить.
Просто объясните, вот выше были выложены 2 фотографии номера. Меня интересует та, где изображены два стола и окно. Там еще трюмо стоит, а что в зеркале отражается? Там же должен стояк быть виден? Или я что-то напутала?

/Джеки/ в этой теме обсуждали эти фотографии http://www.esenin.ru/forum/viewtopic.php?t=413

[Света]

Предлагаю всем ненадолго выбраться из Англетера в Ростов-на-Дону

[Татиана]

Светаааа супер!!!
№5- у меня прям мороз по коже, как смотрю на него((.
С Дункан отлично!! И с Мариенгоффффом тоже!!

[Данита]

Предлагаю всем ненадолго выбраться из Англетера в Ростов-на-Дону

Светик, а что за фото? Я ег вообще впервые вижу))))))))))))))))0

[Margo]

Меня убивают эти, тогда по-моде, коротенькие штанишки!... Как будто мальчик из них вырос, но все ещё продолжает носить Убойно!... Это единственное, что мне не нравится. Короткие штаны укорачивают ноги и это смотрится как-то несуразно.

Света, а фотка с Мариенгофом - супер! Так пространственно получилось, объемно!

[Juliette]

Светлана!
Просто потрясающе получается! У тебя золотые руки!
Спасибо огромное!!!

Мне очень понравились розы))... и фотка с Мариенгофом...
Спасибо!