Данита » 23:57:07, Понедельник 14 Май 2007
Музей Есенина и «есенинщина»
Ситуация ухудшилась после развернувшейся в печати травли Есенина. Начало было положено публикацией статьи Л.С.Сосновского «Развенчайте хулиганство», напечатанной одновременно 19 сентября 1926 года в «Правде» и «Комсомольской правде». «С есенинщиной надо бороться, - призывал Л. Сосновский. – Уже прошел первый угар, вознесший этого свихнувшегося талантливого неудачника чуть не в великие национальные поэты… (…) Надо сказать, что есенинщина временами довольно дурно политически пахла.».
Команда была дана. В издательстве «Правда» выходит первый сборник статей против «есенинщины». В специально изданном номере литературно-критического журнала «На посту» творческая биография Есенина была связана только с «есенинщиной» в самом отрицательном смысле слова.
Друзья в эти дни стараются поддерживать Софью Андреевну. «Вам, родненькая моя, - писала из Ленинграда М.Шкапская 29 ноября 1926 года, - слишком уж, по-видимому, приходится тяжело. Что делают с именем Сергея Александровича, в какой только грязи его не волочат и к каким только идеологиям не пристегивают. Я знаю, Сонюшка, что обидеть и тронуть Вас глубоко это не может, но сколько должно было накопиться за эти месяцы жгучего отвращения к людям - отвращения до тошноты. И неужели ещё и Вас до сих пор мотают по всяким оскорбительным судам».
6 мая 1927 года Софья Андреевна писала А.Ф.Кони: «… Я так долго ничего не писала Вам о себе, во-первых, потому, что живу я ужасно скучно и грустно и не знаю, что из моей жизни можно рассказать. У меня отчаянный упадок и от этого я всю зиму болела всякими глупыми болезнями вроде гриппа и от общей пассивности, по-видимому, и им не могу сопротивляться. Мучительных, гадких и унизительных судов у меня было столько (4), что я стала к ним привыкать. До сего дня все это не кончается, и я нахожусь в постоянном ожидании повесток в суд».
По крупицам выискивала и собирала Софья Андреевна материалы о Есенине. Через три с половиной месяца после похорон С.Есенина, в середине марта 1926 года, С.А.Толстая-Есенина писала: «Я сейчас занята исключительно Музеем Сергея. Собираю туда всё, что могу. Говорю себе, что это для него, и убиваю время и мысли. Само музейное дело мне органически чуждо, но здесь всё очень уж дорого. (…) Странная судьба - что любимо, что жизнь, и … Музей!». Сохранение наследия С.Есенина, защита его имени от всевозможных нападок, стремление опубликовать произведения поэта стало главным делом всей дальнейшей жизни Софьи Андреевны. Она просила присылать если не оригиналы, то хотя бы копии произведений С.Есенина, его фотографии, воспоминания о нем. Пишет письма М.Горькому, чтобы он написал воспоминания о Есенине, посылает ему материалы о поэте.
В некоторых случаях приходилось приобретать для Музея экспонаты за соответствующую плату, а финансовых средств, выделяемых Союзом писателей, было мало. Друзья Есенина присылали материалы безвозмездно. Откликнулись Л.О.Повицкий, В.С.Чернявский, М.П.Мурашев И.Иванов-Разумник, Л.Л.Мацкевич, Д.К.Богомильский и др. Из Тифлиса прислали комплекты местных газет, в которых были опубликованы стихотворения С.Есенина, а также копии писем поэта к грузинским поэтам и друзьям. Из Ленинграда доставили копию посмертной маски Есенина. Изредка получала есенинские автографы. 9 октября 1926 года М.М.Шкапская записала в своем альбоме: «Рукопись «Песни о великом походе» Есенина - подарил Эрлих в хороший зимний дружеский вечер. (Х.26 г.). Рукопись отдана Соне Толстой для музея. Теперь её заменит письмо Троцкого».
Софья Андреевна 3 сентября 1928 года записала в дневнике: «Получила рукописи 3-х неизвестных стихотворений Сергея и письмо. Господи, вот это моя радость, до дна чистая».. Очень переживала, расставаясь по разным причинам с музейными экспонатами. Пришлось отдать в Союз Писателей сделанный С.Т.Коненковым из дерева бюст Сергея Есенина. «Отвезла в Союз Коненкова, - записала 16 сентября 1928 года в дневнике, - И до чего же мне его не хватает! Еще кусочек Сергея ушел из моей жизни».
Постепенно работа по созданию Музея С.Есенина сворачивалась. Софья Андреевна тяжело переживала. 6 мая 1927 года она писала А.Ф.Кони: « Печать и руководящая общественность подняла дикую травлю на имя и творчество моего мужа, и сверх моральной тяготы это отражается практически, так как мешает мне развивать и расширять главную мою работу - в Есенинском музее. Эта работа кропотливая, трудная, но единственная моя работа. Отвечая на Ваш вопрос - я пишу воспоминания о моем муже, но не знаю, когда решусь их печатать. Пока это носит характер «сенсации», мне не хочется выступать, да и вообще мне очень трудно отдать в толпу то, что я имею. Кроме того, это очень сложно и ответственно, так как клеветы много, она очень глубока и задевает ряд вопросов, о которых не вполне удобно говорить. Главное же, что люди, у которых душа раскрыта ему, его творчеству, не поверят клевете. Остальных все равно не убедить».
Ну ладно, будет время, буду разбираться.
Даже если не вдаваться в детали, что безутешная вдова спустя 
выглядит это действительно ужасно, но хочется верить, что мы всё же чего-то не знаем, почему Соня так поступила...
Была же вроде девочка, но она жила с бабушкой и дедушкой, и вообще была дочкой Сухотина от первого брака. Нет разве?
надо передать, а то муж запамятовал, наверно. 