Женщины Сергея ЕСЕНИНА

[Nata]

Во Есенин крут Это ж надо так покорять девушек. Блииииин!!!!!!! Ну почему я живу в 21 веке? Не хочу я тут жить!!!!!

А у меня вопрос. Стихотворение:
“Я помню, любимая, помню…”
Это о ком

[Надя]

Если ты не согласен с эпохай - охай! (Тынянов)

[Nata]

оооооооооохххххххххх

[perpetum]

Показалось интересным в связи с Н. Вольпин:



1) Они жили в Могилеве, оттуда приехали в Москву.

2) Ее братец Миша, о котором она упоминает в своих текстах, оказывается известный поэт-песенник, даже получивший Сталинскую премию. Например, всем известная Весенняя песня" Исаака Дунаевского: "Журчат ручьи, слепят лучи..." - его текст.

3) Вот по этой ссылке http://mayak.rfn.ru/schedules/111/16152-audio.html можно послушать рассказы о ней ее невестка Виктории Вольпин.

4) Она родилась и умерла в один день разных лет (разумеется) - 9 сентября.

[perpetum]

Алика госпитализировали в псих. клинику. Он возмущен и пишет об этом сам:

ОБРАЩЕНИЕ К ДРУЗЬЯМ
Я прошу друзей вникнуть в мое положение.

На прошлой неделе я был увезен из дому и насильственно помещен сперва в психиатрическую больницу имени Кащенко, а затем в 5 гор. психиатрическую больницу. Вы хотите, друзья, чтобы я скорее вышел отсюда. Это вполне справедливое желание, но только ли в этом дело.

Я бы не стал беспокоиться об этом, если бы не замечал среди вас вполне естественных колебаний. Ко мне в больницу несколько раз приезжали мои родные и некоторые из вас. При этом наметились две позиции. Первая заключается в том, что я был похищен из дому и теперь мне необходимо протестовать и всем нам бороться за мои права. Вторая сводится к тому, что мне нужно вести себя покорно, чтобы поскорее выбраться отсюда. Последняя позиция была хорошо выражена фельдшером, который сопровождал меня из Москвы в 5 гор. больницу на Столбовой. Он беседовал со мною дружески, может статься, он говорил искренне. Вот его совет: «Если хотите, чтобы Вас здесь недолго продержали, ведите себя попроще. Люди не хотят думать. Они Вас не поймут, если Вы будете много говорить. Не рассуждайте, держитесь проще: “Хочу домой. Хочу каши”». (какой-то бред полный!)

Я ничего не ответил этому фельдшеру. Я считаю его совет вполне практичным, но пресмыкательским. Я всегда избегал следовать такого рода советам и делал это достаточно явно. Поэтому многие считают меня сумасшедшим. И пусть.

Я много лет боролся за искоренение путаницы, царящей в умах людей в связи с понятиями права, закона, власти, целей, желания и т.п. Я не жалел времени на изучение и разработку соответствующих теорий, а в острые моменты всегда давал советы тем, кто хотел их слушать. Я никогда не лгал и требовал от других прекращения всякой лжи – хотя бы маскирующейся словами «во имя спасения» (как будто кто-то, кроме безобидных фантазеров, когда-нибудь лгал не «во спасение»!). Я публично издевался над малодушием – будь то в форме предательства или только неискреннего раскаяния. Я презирал страх, и особенно страх перед заключением, когда требовалось проявить мужество. И вот теперь, когда я оказался взаперти, от меня ждут чего-то вроде отречения.

Когда в сентябре 1959 года я был арестован и, несмотря на отчаянное моральное и юридическое сопротивление, был помещен в конце концов в ленинградскую тюремно-психиатрическую больницу – заведение несколько более мрачное, чем эта больница на Столбовой, - врачи признали через год бесполезность своего давления на мою психику, и я был освобожден. К такому же результату они пришли бы и через любое другое время…

Ждут ли мои друзья того, чтобы я теперь обнаружил перед врачами свое «исправление» и капитулировал рано или поздно? А почему я должен капитулировать? Разве право не на моей стороне или мои друзья не помогут мне его защитить?

Я всегда старался разъяснить смысл слов «требование» и «просьба». Признания прав добиваются и требуют – но не просят. Осуществления признанных прав требуют, и восстановления нарушенных прав также требуют, а если заменяют это требование просьбой, тем самым явно признают, что они не подлежат обязательному удовлетворению. Иначе обстоит дело с желаниями, их осуществления можно только просить. Не потому ли хотели эти врачи и иже с ними, чтобы пациенты выкинули из головы все правовые идеи, отказались от каких-либо требований и заговорили более «человеческим» языком: «Хочу домой!»?

Кто-нибудь скажет, что мне хочется здесь оставаться? Тут не о чем спорить. Прежде всего: если я имею право на свободу передвижения, то таковая должна быть мне предоставлена независимо от моих желаний, а если нет – мои желания этой свободы должны быть укрощены.

Тот способ, каким меня поместили в эту больницу, явился нарушением законов. После этого здесь, в больнице, мне запрещают бороться за исправление допущенных нарушений. Врачи уверяют меня, что общечеловеческие законы не распространяются на психиатрические больницы. Но в законах нет такой оговорки, а статья 16 Пакта о гражданских и политических правах человека (Пакт о гражданских и политических правах человека входит в число двух пактов прав человека, которые были приняты Генеральной Ассамблеей ООН 18.12.1966; краткое изложение этих пактов – см. журнал «Международная жизнь», № 8 за 1967 г.) гласит: «Каждый человек, где бы он ни находился, имеет право на признание его правосубъектности». Насколько я помню, в 4-й статье Пакта эта статья перечислена в числе тех, от которых государство не вправе отступать даже в условиях чрезвычайного положения.

Конечно, пакты прав человека еще не ратифицированы Советским Союзом. Но почему бы не попытаться хотя бы позондировать почту насчет того, насколько страна готова к их соблюдению? Это было бы реальным вкладом в благородную деятельность ООН. Друзья! Боритесь сейчас хотя бы за скорейшее опубликование этих пактов в СССР (о чем просил все страны У Тан). Знакомьтесь с ними. Каждый может узнать русский текст в Информационном центре ООН (Москва, ул. Луначарского, 16). Английский текст есть в газетном зале Ленинской библиотеки - журнал “The Chronicle” № 2 за 1967 г. Я считаю, что сейчас эти пакты надо распространять самиздатом как можно шире. Распространяйте петиции о скорейшей ратификации пактов и факультативного протокола ко второму из них.

Вернусь теперь к моему положению в этой больнице и статье 16. Юридически я дееспособен, хотя врачи при случае незаконно берут на себя роль моих опекунов. (Но любой опекун обязан признавать права своих подопечных и в период его опеки, в том числе и тогда, когда речь идет о тайне переписки – в чем мне сейчас отказано – или о свободе передвижения!). Врачи уговаривают меня отвлечься от юридического аспекта моего положения – принуждения этого рода сами по себе грубо противоправны – и ссылаются при этом на фактическое положение вещей. Если мне предлагают считаться с условием места, то пусть им напомнят условия времени: 1968 год – Год прав человека.

Я не собираюсь сдаваться. Я понимаю, что только моя частная борьба ограниченными средствами – хотя я не остановлюсь ни перед чем, вплоть до бойкота врачей и голодовки – не даст желаемого результат. Только наша совместная борьба будет успешной. Именно на вашу помощь я рассчитываю, когда хочу довести мои протесты до соответствующих инстанций и общественности; именно на вашу помощь и помощь общественности рассчитываю я в деле защиты моих прав. Пусть все идет по закону, и тогда обо мне не беспокойтесь.

Я буду бороться вместе с Вами, потому что психиатрическая больница сейчас грозит каждому мыслящему человеку, который протестует против беззаконий и на которого трудно завести уголовное дело. Поставить на психиатрический учет кого угодно – дело не хитрое.

Итак, будем бороться за наши гражданские права. Будем бороться за них, как можно шире, добиваясь, в частности, того, чтобы текст статьи 16 Пакта о гражданских и политических правах был доступен каждому, где бы он ни находился, и соблюдался бы в каждом отдельном случае.

3.3.1968. Вольпин
Разрешаю распространять
А.В.

[Надя]

Ему ещё очень повезло что он из этой больницы вышел! И что в уме, в своём остался, тоже повезло!

[perpetum]

По тропам еврейской истории могилевщины

27.11.06, МОГИЛЕВ, АЕН (Илья Разумовский) – Вчера в могилевской еврейской общине прошла очередная беседа из цикла "По тропам еврейской истории могилевщины", посвященная любимой женщине поэта Сергея Есенина - Надежде Вольпин.

Подготовила и провела мероприятие, которое вызвало большой интерес у членов общины, старший библиотекарь могилевской областной библиотеки Оксана Добровицына.

Она рассказала много интересного о жизни великого русского поэта, о его многочисленных женщинах, которые сопровождали Есенина всю жизнь.

"Все женщины Сергея Есенина были удивительными, всех их поэт любил в тот или иной момент своей жизни, но Надежда Вольпин занимала в его жизни особое место, - рассказывала слушателям О.Добровицына. – Это о ней он написал в стихотворении "Шаганэ…":

"Там на севере девушка тоже.

На тебя она страшно похожа.

Может, думает обо мне…"

Корни Надежды Вольпин, поэтессы, у которой родился от поэта сын Александр, оказались из могилевщины, из еврейской семьи.

В 1980-х Н. Вольпин издала свои мемуары "Свидание с другом", в основном посвящённые юности и Сергею Есенину. Почти до последних часов жизни сохранила она ясность мысли и любовь к поэзии. Умерла поэтесса в 1998 году в Москве, не дожив до столетнего юбилея всего два года.

Внебрачный сын Сергея Есенина и Надежды Вольпин – Александр, который родился в 1924 году в Ленинграде, крупный ученый-математик, известный правозащитник. Периодически он публикует стихи (только под фамилией Вольпин). А. Есенин-Вольпин - один из создателей Комитета прав человека. Сейчас он живёт в США.

На мероприятии звучало много стихов С. Есенина, которые охотно читали участники беседы

[Margo]

Че это у них, наследственное - в психушку засовывать? Одно лишнее словцо - и ты в Ганнушкина или в Кащенко

[perpetum]

А вот еще прикол про Надю:

Надежда Вольпин, одна из жен Есенина, 10 лет назад поведала мне противоположный сюжет: как-то выпивший Яков насильно увез ее “в номера”. Бедной женщине едва удалось спастись, нажав на кнопку вызова прислуги.

[Margo]

Чёёё? Не догнал я.... Яков Блюмкин?

[Минчанка]

А может, у нее мания величия?

[Nika]

А может, у нее мания величия?

Тогда бы она хоть Маяковского приплела! А Блюнкин (я тоже поняла, что это о нем) - бррррррр..

[perpetum]

Да-да она про Блюмкина говорит. Я полную версию статьи выложила в "Печатные издания".

[perpetum]

На орбите Есенина. Наденька

Отшумело тревожное лето,
Девятнадцатый год над Москвой...
Надя Вольпин в Союзе поэтов,
В молодежной его мастерской...

А Есенин уже знаменитый
И капризный:
-- Читать не хочу...
-- Почитайте, прошу! – чуть с обидой...
Взгляды встретились – и по лучу

Точно искра тотчас пробежала...
-- Ради вас почитаю, -- сказал...
И она с упоеньем внимала...
Он смотрел на нее -- и читал...

Новый шаг – и они неразлучны...
И поэзия с ними и страсть...
Ах, как строки его сладкозвучны,
Как сильна их над девушкой власть...

Он и ей с упоеньем внимает,
И свои ей читает взахлеб...
Он целует ее, обнимает...
-- Нет, не надо, пожалуйста... Стоп!

Их вечерние тайные встречи
Превращаются в схватку «за честь»...
Воздержание парня калечит,
Парень жаждет ту книжку прочесть...

Эта книжка свежа и наивна,
И не читана прежде никем,
И стесняется так перед ним, но,
Все настойчивей он между тем...

Как юна была Наденька Вольпин,
Как была той порой хороша!
А ему – что женат, что помолвлен –
Все едино, коль просит душа...

А душа перемены просила.
Он от Зины уже уставал...
И мужская – мужицкая сила
Поразила ее наповал...

Да, она неохотно сдавалась,
Но ведь сильно любила его...
Отдавалась ему, отдавалась...
-- Так, выходит, была ты... того...

Значит, девушкой? Чур – отвечаем –
Каждый сам за себя – без обид...
Обижаем порой, обижаем
Нежно любящих – плачут навзрыд...

Но Надежда горда – и в ответе
И презрение явно звучит:
Никому не позволит на свете
Отвечать за нее – без обид...

Он порою касался женитьбы --
В разговоре – шутя, со смешком,
Дескать сильно могли посмешить бы:
Муж с женою – поэты... Потом

С Айседорой умчался в Европу,
Но вернулся же все-таки к ней,
Погружаясь в пучину-хворобу:
Все пьянее поэт, все пьяней...

Все привыкли: Надежда доставит
Захмелевшего быстро домой,
Не осудит его, не оставит...
Вдруг она поняла:
-- Боже мой! –

Что беременна... Радость и горечь...
-- Не хотелось бы больше детей...
Их и так уже трое... Я – сволочь?
Ну, как хочешь... А я из сетей

Ускользаю...
Подумав, Надежда
Покидает Москву... Петроград...
Здесь родился сынок ее... Нечто
От отца в нем: внимательный взгляд

Будто он отрешался от мира –
И заглядывал за горизонт...
-- У друзей поудобней квартира,
Здесь же тесно и нужен ремонт...

-- Я в твоем не нуждаюсь совете,
Ты отныне свободен от нас...
Мы решили тогда, что в ответе
Я сама за себя... Скройся с глаз!...

Возвратились в столицу в тридцатых...
Алек – так называла сынка –
В школе значился средь головастых...
На мехмат МГУ без сучка

Без задоринки принят... Учился...
Здесь талантами всех восхищал...
Аспирант... На «ура» защитился...
Между прочим, он тоже писал,

Как отец, и Георгий, и мама...
Но и Алека мерзкая пасть
Злобной власти хватала упрямо –
Невзлюбила Есениных власть.

А всего-то хотел, чтоб в Союзе
Соблюдали советский закон...
-- Ишь чего захотел-то! -- Иллюзий
Справедливости полон был он,

Словно Сахаров... Брошен в психушку,
После выдворен был из страны...
За умнейшую эту «макушку»
По сей день «мериканы» должны

Кагэбэшникам петь дифирамбы –
Помогали «утечке мозгов»,
Словно не пригодилися нам бы...
Вот... И где ж тогда сонмы врагов?

А Недежда Давыдовна Вольпин --
(Переводчик, каких поискать!
Почитаешь – и будешь доволен) –
Пожелала сама рассказать

О Сергее... «Свидание с другом» --
Главным образом, книга о нем,
О поэте с российским недугом,
Чьи стихи со слезами поем...

© Семен Венцимеров, 2005

[Margo]

О боже мой!!! У нашего ЖГУ появился конкурент!!! Я просто АЦЦКИ ржууу!!! Эпическая драма в стихах... какая такая у Есеина орбита? Орбит, что ль. он жевал?

Он целует ее, обнимает...
-- Нет, не надо, пожалуйста... Стоп!

Их вечерние тайные встречи
Превращаются в схватку «за честь»...
Воздержание парня калечит,
Парень жаждет ту книжку прочесть...

Блинааааа... Кипятоккк!!! Этот Семен Венцимеров просто ЖЖЕТ не по деЦЦки!!!