Зинаида Райх

[Минчанка]

Насчет Тани... Да у нее стиль такой - отстраненный. Не любила она папу, это ж видно, даже по тому, как она его называет. А насчет женитьбы наверняка знала всё, Зина не отличалась особой скрытностью и загадочностью... Рассказала 15-летней девчушке наверняка даже больше того, чем положено, чем вогнала в краску и отбила охоту мемуары писать...

[Nika]

В 41-м году далеко не всем артистам Москвы правительство разрешило эвакуироваться. Из книги Ваксберга "Театральный детектив. Любовь и коварство":

"Помимо поддержания боевого духа и оптимизма - вопреки всему и несмотря ни на что, - была в этом биении столичной культурной жизни еще одна, вполне прагматичная, боевая цель. Ставка Верховного смотрела правде в глаза и, конечно, не исключала наихудший из вариантов: сдачу Москвы. На этот случай был детально разработан план сопротивления в захваченном немцами городе. Теперь этот план "Z" в основном рассекречен и достаточно подробно описан. Помимо уничтожения множества важнейших объектов (в частности, расположенного поблизости от нашего дома стадиона "Динамо", не говоря уже о заминированных соборах - Елоховском и Василия Блаженного, - гостиницах "Метрополь" и "Националь"), предусматривалось создание широко разветвленной сети подпольщиков для осуществления диверсий и всякого рода подрывной работы. Деятелям культуры - артистам, писателям, музыкантам, художникам - отводилась в этой сети одна из ведущих ролей, для чего, как любой понимает, они должны были остаться в Москве, а не спасаться вдали от нее.
Использование деятелей культуры спецслужбами - отдельная тема, интреснейшая и далеко еще не изученная. К их услугам прибегают едва ли не все разведки мира, рассчитывая на естественную и очень перспективную интеграцию любимцев публики в различные, в том числе м самые верхние, слои общества..."

В общем, многим артистам предназначалось метать бомбы в немцев во время своих выступлений, убивать Гитлера на предполагаемой торжественной церемонии, устроенной бы им по случаю взятия Москвы и т.д. Вот.. Это все нужно было для этого:

"Порекомендовали, к примеру, "пока подождать" (в смысле не эвакуироваться) солисту Большого, одному из лучших ее баритонов, Дмитрию Даниловичу Головину, несравненному Фигаро, Онегину, Мазепе, князю Игорю, Демону, Риголетто... На него тоже были виды аналогичного содержания. Головин уклонился - возможно, в не слишком вежлиной форме. Цена отказа оказалась непомерно высокой. Вместо обвинения в намерении "перейти к врагу", ему и его сыну Виталию приписали нечто совсем уже дикое: убийство с корыстной целью Зинаиды Райх - жены Мейерхольда и примы его театра, в прошлом - еще до Айседоры - жены Сергея Есенина, матери его двух детей. Это была откровенная месть - в самом ее неприглядном виде. Следствие по делу об этом убийстве вообще не проводилось (ни в одном архиве даже следов его не нашлось), ибо лубянские палачи хорошо знали, кто, почему и как убил несдержанную на язык актрису, громогласно рекомендовавшую Сталину поучиться у Мейерхольда, раз уж он сам ничего не смыслит в искусстве. Теперь вдруг оказалось, что убийц искали два с половиной года, даже вроде бы заподозрили зятя - мужа дочери Есенина и Зинаиды, - и вот внезапно нашли в январе сорок вророго, - точно других, более острых, забот у следствия все в той же прифронтовой Москве тогда не было. Хлебосольные и добрые соседи Мейерхольдов по дому в Брюсовском переулки, Головины должны были - по нормальной логике нормального следствия, если бы оно велось, - сразу же, еще в тридцать девятом, оказаться в сфере внимания пинкертонов, как и все остальные соседи по дому, но оказались почему-то лишь после того, как выдающийся певец не оправдал лубянских надежд. Был запущен и тотчас же распространился по Москве казавшийся вроде бы вполне убедительным слух, будто у отца и сына Головиных нашли какие-то вещи, украденные из квартиры убитой: не то часы, не то портсигар. Оскорбительно лживая версия оказалась настолько липкой, что и полвека спустя я получал письма читателей, которые воспроизводили ее как нечто совершенно бесспорное, хотя еще в конце пятидесятых все обвинения с отца и сына были полностью сняты за отсутствием каких бы то ни было доказательств."

[Данита]

"Порекомендовали, к примеру, "пока подождать" (в смысле не эвакуироваться) солисту Большого, одному из лучших ее баритонов, Дмитрию Даниловичу Головину, несравненному Фигаро, Онегину, Мазепе, князю Игорю, Демону, Риголетто... На него тоже были виды аналогичного содержания. Головин уклонился - возможно, в не слишком вежлиной форме. Цена отказа оказалась непомерно высокой. Вместо обвинения в намерении "перейти к врагу", ему и его сыну Виталию приписали нечто совсем уже дикое: убийство с корыстной целью Зинаиды Райх - жены Мейерхольда и примы его театра, в прошлом - еще до Айседоры - жены Сергея Есенина, матери его двух детей. Это была откровенная месть - в самом ее неприглядном виде. Следствие по делу об этом убийстве вообще не проводилось (ни в одном архиве даже следов его не нашлось), ибо лубянские палачи хорошо знали, кто, почему и как убил несдержанную на язык актрису, громогласно рекомендовавшую Сталину поучиться у Мейерхольда, раз уж он сам ничего не смыслит в искусстве. Теперь вдруг оказалось, что убийц искали два с половиной года, даже вроде бы заподозрили зятя - мужа дочери Есенина и Зинаиды, - и вот внезапно нашли в январе сорок вророго, - точно других, более острых, забот у следствия все в той же прифронтовой Москве тогда не было. Хлебосольные и добрые соседи Мейерхольдов по дому в Брюсовском переулки, Головины должны были - по нормальной логике нормального следствия, если бы оно велось, - сразу же, еще в тридцать девятом, оказаться в сфере внимания пинкертонов, как и все остальные соседи по дому, но оказались почему-то лишь после того, как выдающийся певец не оправдал лубянских надежд. Был запущен и тотчас же распространился по Москве казавшийся вроде бы вполне убедительным слух, будто у отца и сына Головиных нашли какие-то вещи, украденные из квартиры убитой: не то часы, не то портсигар. Оскорбительно лживая версия оказалась настолько липкой, что и полвека спустя я получал письма читателей, которые воспроизводили ее как нечто совершенно бесспорное, хотя еще в конце пятидесятых все обвинения с отца и сына были полностью сняты за отсутствием каких бы то ни было доказательств."

Светик, хорошо, что ты это выложила, у меня все не доходили руки!!!!!

[Валентина]

"Дама с камелиями" Арман Дюваль - М.Царев, Маргарита Готье - З.Райх

"Мандат" Варвара - З.Райх, Сметанич - С.Мартинсон

[Margo]

оооо, ну вторая фотка - просто атас полнейший! Даже не знаю... Цветастое бесформенное платье - это пол беды... Жуть. Не нравится вторая фотка.

[Валентина]

Ну что поделаешь. Пьесу Н Эрдмана Мейерхольд оценивал исключительно высоко. Он считал, что «Мандат» это современная бытовая комедия, написанная в подлинных традициях Гоголя и Сухово – Кобылина.

[perpetum]

Н. Эрдман - это просто кладезь драматургии...

У меня Уля запойно смотрит мульфильмы по его сценариям: Снегурочка, Лягушка-путешествинница, Цветик-Семицветик...

[Старуш-ка]

А знаете ли вы, что Эрдман, помимо проТчего - автор текста эстрадно-драматургического обозрения "Москва с точки зрения", которым в октябре 1924 г. открылся Театр Сатиры?..
Сюжет - о приезжающей в столицу семье провинциалов, ее знакомстве с городом, с людьми и учреждениями, ее приключениях.
Ес-сно, среди встречающихся им лиц есть и реальные персонажи, в т.ч. "писательская братия" - А.Толстой и С. ЕСЕНИН!!!
Т.е. там впервые был представлен на сцене образ поэта (еще при его жизни!!!) Роль Есенина исполнял знаменитый в то время артист Иван Зенин ( на афише указан во втором столбце внизу).


Интересно, а видел ли сам Есенин это представление?...

[Ольга Сергевна]

Уже, наверное, было) Просто я путаюсь, что уже видела, а что нет...)))
Это из какого спектакля?

[Margo]

Не, такой фотки не было!
Интересная фотка! Помада на губах до чего ж ядреная!

[Надя]

Кстати, когда Эрдман сидел, чета Мейерхольдов прислала ему шубу...

[Мила]

Это из какого спектакля?

это она в роли Поповой в водевиле "Медведь".

[perpetum]

Кстати, когда Эрдман сидел, чета Мейерхольдов прислала ему шубу...

... купленную на алименты Есенина... Шучу.

Интересно шубу передали на по назначению?.. Или в ней потом щеголял следователь Самсонов?

[Надя]

Попала! Эрдман в письме писал, благодарил за шубу....

[Данита]

11.04.05 «Любовь и смерть Зинаиды Райх» - новая постановка Игоря Ларина

«Блуждающая звезда российского театра».

Так называют критики режиссера Игоря Ларина, зная его тягу к перемене мест. Свою деятельность постановщика Ларин начинал в Северной столице, где ставил спектакли о Пушкине, Пущине, Вертинском. Потом переехал в Москву. Но тема «жизни замечательных людей» из творчества Игоря Ларина не ушла, как и Петербург. Тому доказательство – новая работа режиссера «Любовь и смерть Зинаиды Райх» в петербургском театре «На Литейном». Рассказывают «Новости культуры».

Жена двух великих мужей. Так обычно говорят о Зинаиде Райх. Треугольник Райх – Есенин – Мейерхольд когда-то будоражил умы и сердца столичной элиты. Но в режиссера Игоря Ларина волнует отнюдь не любовный феномен и даже не феномен творческий. Это спектакль о самой известной актрисе самого знаменитого в свое время театра, чье имя после смерти было запрещено произносить.

Игорь Ларин, режиссер-постановщик: «Это спектакль об этом мифе, театральном мифе Зинаиды Райх, фантастическом мифе. Она, с одной стороны, была бездарной актрисой, а, с другой стороны, была гениальной женщиной, которую любили и ненавидели так, как, наверное, ни одну актрису в истории советского театра».

«Спектакль в манере Мейерхольда» – так называет Ларин свой новый спектакль. Каждая сцена – цитата. Опыты занятий биомеханикой, желание создать театр, противоположный театру Таирова, слом стереотипов и непонимание публики – все это ранний Мейерхольд. Потом – зрелый мастер, растворяющийся в актерах, предпочитающий ансамбль ярким индивидуальностям. Здесь есть все – даже знаменитый «человек из зала» и контрастный монтаж. Здесь не играют Мейерхольда. Здесь играют себя – в предлагаемых обстоятельствах. О том, насколько понятен будет такой коллаж реминисценций неподготовленному зрителю, Ларин говорит: «совсем непонятен». Это не биографический спектакль, не ликбез и не театральная грамота. Впрочем, и здесь стоит вспомнить Мейерхольда: театр не может нравиться всем. Он должен вызывать споры. Только тогда его можно считать состоявшимся.

http://www.tvkultura.ru/news.html?id=39428