Эрлих? Эрлих!

[perpetum]

Эрлих подошел к Свете, положил ей листочек в карман и сказал: Сейчас не читай - завтра, когда одна останешься.

[Данита]

СТОП

Девочик, выходит Эрлих САм заполнил свой протокол допроса, подписал от имени Горбова

НО

в начале вписал Ф. Иванов????

[Nika]

Эрлих подошел к Свете, положил ей листочек в карман и сказал: Сейчас не читай - завтра, когда одна останешься.

Да! Да-да-да, Именно так и было! и кровь на листке еще не застыла...

Это из книги Шубниковой-Гусевой "Поэмы Есенина от "Пророка" до "Черного человека"! Чудесная, наверно, книга, но я только картинки листала.. Вот Устинова не заметила, пока картинки листала! Полистаю еще)))

[Данита]

Это из книги Шубниковой-Гусевой "Поэмы Есенина от "Пророка" до "Черного человека"! Чудесная, наверно, книга, но я только картинки листала.. Вот Устинова не заметила, пока картинки листала! Полистаю еще)))

ой, я читала)))

тоже полистаю

[Taurus]

Серьезно???..
Я никогда не знала, что он официально признан автором доверенности!!
Осталось еще автора Есенинской подписи вычислить)))

На фэбе в комментах к этой доверенности написано:

Печатается по подлиннику, написанному В. Эрлихом, с подписью и датой рукой Есенина (ИМЛИ, ф. 32, оп. 2, ед. хр. 38).

[perpetum]

Протокол надо еще смотреть, Наташ... Надо сравнивать по буквам. ТАм не так явно... Здесь-то совсем втупую, я даже графологу не понесу, чтобы лищние деньги не тратить.

Доверенность, тем не менее входит в состав документов следствия и приобщена к делу. А можно доказать ее НЕ-ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ Есенину. Это уже что-то.

[perpetum]

Цитата:
Печатается по подлиннику, написанному В. Эрлихом, с подписью и датой рукой Есенина (ИМЛИ, ф. 32, оп. 2, ед. хр. 3.

эээ... я сейчас очень много нецензурных слов сказала...

Ну, и чего, расстраиваться теперь???? Мы ж все правильно поняли!!!

Я эту долбаную букву Д уже из тысячи узнаю!!!!

[Данита]

Снова Хлысталов:

Теперь можно утверждать, что уголовное дело по факту трагической гибели Есенина не возбуждалось, никакого расследования не проводилось. Все <расследование> свелось к тому, что Н. Горбов роздал четыре бланка протоколов опроса Г. Устинову, Е. Устиновой, В. Назарову и В. Эрлиху.

Первые собственноручно написали то, что посчитали нужным, а протокол В.Эрлиха, по моим предположениям, заполнил агент уголовного розыска Ф. Иванов. (Иванов Федор Иванович злоупотреблял алкоголем, вскоре был из милиции уволен, потом восстановлен вновь, затем арестован и погиб в тюрьме.)

Если протокол опроса В. Эрлиха записывал Ф. Иванов, то он как опытный сотрудник уголовного розыска его выбрал не случайно: слишком неубедительно тот объяснял свое поведение .вечером 27 декабря.

Мы знаем, что Есенин просил Эрлиха остаться ночевать, боясь убийства. Первую ночь Эрлих ночевал. Есть основания считать, что Эрлих ночевал и вторую ночь в номере Есенина.

В своих воспоминаниях Эрлих назвал причину, по которой он не оставался ночевать у поэта в последнюю ночь: с утра он шел на прием к врачу и получать деньги по доверенности.

К врачу он утром не ходил. Сразу же от гостиницы он направился в компанию ленинградских поэтов и с ними провел большую часть ночи, а затем там остался ночевать. Больше того, этим поэтам он не сказал, что в Ленинград приехал Есенин!

По моему твердому убеждению, Эрлих обеспечивал себе алиби в гибели Есенина, поскольку, по утверждению <врача>, смерть его наступила в пять часов утра.

Эрлих писал, что перед уходом от Есенина он собрал <все ножички> от бритвы, чтобы тот не повторил опыта написания стихов кровью. Это утверждение противоречит информации газет, которые отметили на столе окровавленное лезвие бритвы. Не сказал Эрлих работнику милиции и об опасениях Есенина за свою жизнь.

[Taurus]

Больше того, этим поэтам он не сказал, что в Ленинград приехал Есенин!

Все же очень жаль, но видимо в то время, когда Хлысталов, писал об этом, еще многие материалы не были доступны. Ведь у Лукницкого есть упоминание, что на вечере у Фромана про Есенина говорили.

[Taurus]

Есче по поводу принадлежности Эрлиха к ГПУ. Похоже все-таки так оно и было. К косвенным фактам, приведенным Кузнецовым еще можно добавить и факты, приведенные Мешковым В.А. в своих статьях. В частности "Сомнений в убийстве Есенина уже нет" http://esenin.ru/content/view/1145/144/ и подробней в статье "Город ЭН" Леонида Добычина и город Евпатория" http://esenin.niv.ru/esenin/smert/dobychin.htm.

А что же известно о писателях-стукачах? Их имена еще остаются неназванными. И здесь нельзя согласиться с Бахтиным, когда в одной из статей ("Звезда", №9, 1998) он резюмирует: "Несложно назвать сегодня того, кто скрыт за кличкой "Морской", но - не хочется. Этот несчастный человек, который, конечно, не по своей воле стал осведомителем, вскоре был арестован и расстрелян". Несостоятельным выглядит и мнение А. Арьева, высказанное в его статье "Встречи с Л." ("Новый мир", №12, 1996): "Легко вычислить фамилию этого человека, тем более что его "дружескими заботами" не оставлены и другие ленинградские писатели одного, в общем, круга. Согласимся все же снова с В. С. Бахтиным: делать этого не стоит, если есть хотя бы один шанс из четырехсот ошибиться". Несколько иное мнение высказал А. В. Блюм: "Морской" состоял в близких и даже дружеских отношениях со своим "объектом" <:>. Кому еще мог загнанный в угол писатель, решившись расстаться с жизнью, оставить последние распоряжения, передать комнату и документы (см. донесение от 29 марта)? Конечно, только самому близкому человеку, другу: В свете этого постоянные доносы "Морского" на Добычина выглядят особенно омерзительно". И поэтому, делает вывод Блюм: "Родина (по Солженицыну) должна знать своих стукачей"!
<...> Поскольку архивы бывшего КГБ и поныне закрыты, то без новых версий и подозрений мы никогда выйдем из замкнутого круга всего лишь одной, ничем не подкрепленной версии.
Так ли уж сложно вычислить стукачей любознательному читателю, имеющему доступ к уже опубликованным материалам? О каких четырехстах шансах говорит Арьев, если он сам писал в комментариях к сборнику "Расколдованный круг": "Круг литературного общения Добычина очерчен четко и невелик: Чуковские, Геннадий Гор, Вениамин Каверин, Михаил Слонимский, Николай Степанов, Леонид Рахманов, Елена Тагер, Николай Тихонов, Юрий Тынянов, Евгений Шварц, Мария Шкапская, Вольф Эрлих".
В одном из писем (И.И. Слонимской, жене М. Слонимского) сам Добычин резко сужает этот круг: "Из известных Вам лиц хорошо отношусь к нижеследующим: 1. Коле. 2. Шварцу. 3. Тагерии. 4. Эрлиху".
И существует еще письмо, ответ Слонимскому, видимо пытавшемуся как-то предупредить Добычина о сомнительности его "друзей". Но он или не понял, или не хотел понимать, пытаясь, как он часто в письмах делает, перевести все в шутку: "Дорогой Михаил Леонидович. У Вас сделался совершенно новый почерк, и из Вашего письма я разобрал только три места <:> 2. Попреки страстью к а) Коле и б) Эрлиху, которые действительно очень милы".
"Коля" - это сын К. Чуковского. Каверин пишет, что Добычин в Ленинграде "был дружен, пожалуй, с одним только Н.К. Чуковским, что не мешало ему называть его "Мосье Коля". По воспоминаниям Каверина Н. Чуковский рассказал после того, как получил прощальное письмо от Добычина: "Я ездил к нему на Мойку. Пустая комната. Ни белья в гардеробе, ни книг. В ящике стола - паспорт". Если Коля не "Морской", а в этом нет сомнений, и если Каверин не ошибается, то получается, что "Морской", имея ключи, комнату не закрывал, а паспорт Добычина, положил в этот ящик, чтобы его обнаружил Н. Чуковский! И у писателя в комнате не осталось ни книг, ни даже клочка бумаги? Что ж, при аресте такое могло быть. Известно, что до этого Добычин часто дарил свои рукописи друзьям и знакомым. И все же писатель без архива, не оставивший ни строчки? Ведь и ему писали письма, дарили книги. <...>
Версия о том, что Добычин уехал в Лугу, не могла быть придумана секретарем Беспамятновым, ясно, что она исходила сверху. Заметим, что версия о самоубийстве была пущена писательницей Ольгой Форш, довольно близкой знакомой Толстого. О том, что Добычин "обещал" совершить самоубийство, сообщает только "Морской"! Больше никто такого не запомнил, а Каверин утверждает, что Добычин был спокоен и даже саркастичен, в телефонном разговоре заметив о выступлениях Добина и Берковского: "Они были совершенно правы".
Именно агент "Морской" давал понять начальству, что "исчезновение" Добычина можно вполне оформить, как "самоубийство". Но на это не решились. И самоубийство, и открытый арест вызвали бы возмущение даже в среде писателей. Поэтому дело спустили на тормозах, и Толстой сыграл в этом важную роль, его "похоронная речь" и поставила точку. Из советской истории мы хорошо знаем, кто хоронит, тот и главный.
Читатель, наверное, уже догадался, что ленинградский литератор Вольф Эрлих(1902-1937) - единственный кандидат на роль "Морского". С некоторых пор о нем узнали даже любители российских сериалов после просмотра фильма "Есенин". Конечно, это его подозревал, но не назвал Бахтин. Эрлих был арестован во время командировки в г. Ереван 19 июля 1937 г. и расстрелян в г. Ленинграде 24 ноября 1937 г.

И еще ссылка на статью А. Арьева "Встречи с Л." http://magazines.russ.ru/novyi_mi/1996/12/arjew.html

[Данита]

http://esenin.ru/content/view/1153/144/1/1/

На сайте появилась книга Эрлиха.
НО!!!

После главы

В ПАРИЖ

в главе

ОТ АВТОРА
По совести, я должен поговорить сейчас с тем, о ком я пишу. Вернее, я должен попросить у него прощения.
Но не за то, что я, числясь его другом, как у нас любят говорить, — не сумел уберечь его. Оберегать поэта так же легко, а главное так же умно, как оберегать солдата или пожарного.


Из моей книги «Право на песнь» данна глава намного шире и ИНТЕРЕСНЕЙ Тоже называется «От автора». и идет в той же хронологии...



Вольф пишет так:

« По совести, я должен поговорить сейчас с тем, о ком я пишу. Вернее, я должен попросить у него прощения.
Но не за то, что я, числясь его другом, как у нас любят говорить, - не сумел уберечь его. Оберегать поэта так же легко, а главное так же умно, как оберегать солдата или пожарного.
И даже не за то, что до сего времени я ничего не сделал, чтобы память о нем была достойнее его и чище, нежели ныне. Он оставил после себя стихов все-таки больше, чем друзей, и в этом его благо.
Нет, я хочу попросить у него прощения за то, что я, следуя примеру старейших, но не честнейших, пишу о нем сейчас ТАКУЮ книгу (примеч. Мое – выделено слово такую самим Эрлихом в тексте).
Я хочу, чтобы он простил мне то, что я продолжаю подавать руки при встречах по крайней мере двоим из его друзей-поэтов. Это значит, что во мне недостаточно чувство его и своей чести.
И наконец пусть он простит мне наибольшую мою вину перед ним, ту, которую он не знал, а я - знаю.
В заключение я хотел бы, чтобы он позволил мне посвятить эту книгу памяти женщины, бывшей его наилучшим, если не единственным другом, памяти ГАЛИНЫ АРТУРОВНЫ БЕНИСЛАВСКОЙ (примечю мое – выделено Эрлихом). Я думаю, что книга от этого станет лучше.»


Почему такие несовпадения?

[Serg]

Посмотрел в другом источнике - действительно текст неполный. Внесу поправки.
Так бывает, к сожалению, часто. В некоторых книгах тексты урезаны. Особенно этим отличается любимый всеми 2-томник "С.А. Есенин в воспоминаниях современников".

[perpetum]

какая же коварная бестия этот Эрлих... Ну что, что он сказал????? И ни один редактор не выкинул эти пассажи, хотя читателю непонятно, О ЧЕМ говорится, про какие сакральные знания идет речь?..

ИЛИ... Читатель того времени ЗНАЛ????

[Данита]

какая же коварная бестия этот Эрлих... Ну что, что он сказал????

Главное, что эта бестия уже намекнул на старейших и немудрейших .... вот думайте, теперЯ и гадайте, ХтоШ они такие ...???? но отношение к убийству точно имеют!!!!!!!!!!!

[Света]

Вольф Эрлих. Фото 1930-х годов
А волосы-то карандашиком нарисованы